Губернатор Александр Усс рассказал об уроках пандемии, улучшении экологии и планах на будущее — Новости 7 канала, Красноярск
560
Интервью

Губернатор Александр Усс рассказал об уроках пандемии, улучшении экологии и планах на будущее

Как регион готовится к возможной второй волне пандемии коронавируса? Как в Красноярском крае будут улучшать экологию? Губернатор Александр Усс дал большое интервью журналистам региональных телеканалов, ответил на актуальные вопросы, которые волнуют жителей Красноярского края.

- В начале хочу искренне поблагодарить за идею провести этот разговор. У нас уже традиционный разговор в университете. Университет, как и все образовательные учреждения сентябрь ощущает по-особому, как своеобразный новый год. Я думаю, что и у всех красноярцев, в связи с тем, что 6 тяжелых месяцев остались у нас за спиной, тоже появился сдержанный оптимизм и уверенность в будущем. Поэтому, элементы осеннего, но новогоднего настроения здесь в университете ощущаешь, — поприветствовал журналистов глава края.

— Красноярский край почти полгода прожил в режиме жестких коронавирусных ограничений и только недавно перешел на третий этап снятия этих ограничений. Как Вы оцениваете, были ли оправданы такие меры и принесли ли они те результаты, которых Вы ожидали?

- Действительно, 6 месяцев огромное испытание, по моим ощущениям месяцы растянулись может быть даже в годы. Вы сказали, что край только теперь перешел к снятию ограничений, которые мы называем 3 этапом, но замечу, что мы оказались одними из первых в Сибири, которым дали такое право. И дали его не случайно. Не смотря на общее количество заболеваний, на самом деле ситуация именно в крае, как принято говорить, является контролируемой. Я не исключаю, что в будущем возможны какие-то вспышки, осложнения, и какие-то шаги назад. Но, по большому счету, мы прошли очевидно самый сложный этап и знаем, как теперь работать. Это был накопленный опыт. Относительно того, что было оправдано, сказать сейчас трудно. История, как известно, сослагательного наклонения не знает, но я часто задумываюсь над этим и задаю себе такой же вопрос: «Что было сделано неверно?».

Я отличаюсь большой долей самокритики, откровенно говоря, но, когда оглядываюсь назад, мне кажется, что нами кто-то руководил свыше, что называется, и основные решения были и своевременными, и четкими. Хотя и принимались они в непростой ситуации. Приходилось много думать, сомневаться, но быстро решать. Я уже как-то говорил и не раз о том, что наш край с точки зрения уязвимости для пандемии все-таки был особенным. Во-первых, большое количество въехавших наших с вами земляков, мы входили в 10-ку регионов страны. Второе — у нас большое количество вахтовиков, я не могу сейчас сказать точно, но мы очевидно в первой пятерке, а может быть и являемся регионом №1, у нас 25 тыс человек работает в условиях вахты. Они приезжают со всей страны и живут в компактных условиях, поэтому вспышка означает большое количество заболеваний, что мы и пережили в Северо-Енисейском районе. И третий момент связан с географией края. У нас огромный регион, есть множество отдаленных населенных пунктов, где просто отсутствуют технические возможности для квалифицированной медпомощи: ИВЛ, кислород, опытные врачи и т. д. Весь этот комплекс факторов, на мой взгляд, предопределял нашу уязвимость, но мы с этим справились.

Я о некоторых, принципиально важных, на мой взгляд, решениях скажу. Мне кажется, они дали вот этот результат. Первое — раннее введение запретительных мер. Только я приехал в Москву, увидел пустую Москву, вечером 15 марта, это было нереальное впечатление. Я в понедельник позвонил Лапшину и продиктовал целый набор вещей, которые, с моей точки зрения, нужно сделать, опережая большую часть регионов в части запретительных мер. Помню вопрос: «Что, мы концерты все отменяем?». Я говорю: «Отменяем». И я благодарен красноярцам, они встретили это с пониманием. У нас появилось время для того, чтобы сосредоточиться, организоваться. Второй важный момент — это длинные выходные. Они тоже сыграли свою роль. Другой момент, ослабляющего плана. Когда эпидемия началась, не было, мне кажется, понимания ни у кого, как действовать с точки зрения работы с теми, кто инфицирован. Первый, помните, был инфицированный. Смотрели, как на космонавта. Он писал разные успокаивающие сообщения. И практика заключалась в том, что все инфицированные должны были госпитализироваться. Мы создали аналитический центр, который изучал опыт стран, вступивших в активную фазу эпидемии, и пришли к пониманию того, что те страны, которые успешно справлялись, стремятся держать большой запас коечного фонда. 50%. Все, кому не требуется интенсивная терапия, лечатся амбулаторно. Пришлось выдержать немало дискуссий, потому что мы пошли этим путем. В больничную палату только с температурой и другими признаками. Это был известный риск, но мы удержали медицинскую систему от переполнения и парализации. Это было бы самым страшным результатом, который мы видели в Италии.

Позитивным решением было разрешение на работу крупным предприятиям, предприятиям с непрерывным циклом производства, сельскохозяйственным, строительным. После длинным выходных. Это позволило удержать экономику, но при этом были жесткие требования относительно соблюдения санитарно-эпидемиологических мер.

Помните, как решался вопрос о том, разрешать ли прогулки тем, кто проживает в одной семье, занятия спортом на улице? Я разрешил такого рода вещи, но при этом получил немало докладных о том, что, если произойдет вспышка, ты сам будешь отвечать. И по счастью, жизнь подтвердила, что это нужно было делать. И я хочу сегодня поблагодарить всех своих коллег и медиков, организаторов на уровне муниципалитетов, которые последовательно выполняли все вещи, ограничения по передвижениям внутри края. Отдаленные, северные населенные пункты — нет возможности оказать квалифицированную помощь, но можно уберечь людей за счет того, что установить ограничения на въезд-выезд. Они это делали и уберегли своих жителей. Мы в Красноярске также первыми в Сибири предложили проводить обязательную двухнедельную самоизоляцию для всех пассажиров, прибывающих из Москвы и Санкт-Петербурга. Потом этим путем пошли другие. И много других интуитивных решений позволили нам с минимальными потерями, хотя и их, к сожалению, немало, пройти этот путь. И особая благодарность медикам, которые стояли на переднем крае. Вот я не могу не упомянуть нашего специалиста из первой краевой Суворова, который прилетел в Северо-Енисейск. Он заболел, по-моему, на первый или второй день, но до конца остался там руководить.

Много у нас было и «нервов», и острых разногласий, но тем не менее. Еще вспоминаю нашу встречу, когда вы спрашивали: «А как мы будем финишировать?». Тогда мы не задумывались, что такого резкого окончания просто не может быть. Было желание поставить точку в виде такого аккорда оптимизма и радости, но это плавный, к сожалению, процесс. В этом смысле концерт Гергиева, который состоялся спустя два дня после подписания указа, он был оптимистичным.

— Сегодня край остается в десятке регионов с высоким показателем заболеваемости. И смертность у нас достаточно высокая. Как Вы бы это объяснили?

- Не случайно краю все-таки разрешили перейти на третий этап, поскольку статистика, в данном случае, очень условная вещь. Край в первой десятке по количеству выявленных инфицированных. Значительная их часть переносит болезнь бессимптомно. Мы в разы превышаем многие регионы, включая соседей, по количеству тестов. Больше тестируешь — больше выявляешь. Что касается статистики смертности, тоже спорная статистика. Значительная часть людей, которых не удается спасти, имеют серьезные сопутствующие заболевания. И вывод о причинах смертности зависит от подходов к кодированию. Либо от основного заболевания, либо от ковида, либо от сочетания того и другого. Я могу сказать ответственно, что у нас квалифицированные медработники, очень хороший уровень медицины. Я не говорю о районах, где бытовые условия далеки от идеальных зачастую, но с точки зрения оборудования, все относительно нормально. И наиболее сложных пациентов мы, как правило, транспортировали в краевой центр, и вели их, прибегая к телемедицине, консультированию на уровне Москвы и крупных международных центров. В этом смысле у нас хорошо сработали 1-я краевая больница и медуниверситет, где была создана специальная аналитическая группа. Главный принцип, который мы исповедовали, он прост: основной принцип борьбы с эпидемией является правда, и только правда. И мы душой никогда не кривили.

— Пандемия коронавируса стала испытанием для медицины края, как системы, так и в человеческом плане. Врачи, медсестры, санитарки были на самом деле на передовой. И это испытание далось им очень нелегко. Как Вы оцениваете работу красноярской медицины? Будут ли как-то меняться планы развития краевого здравоохранения?

- Край в этих довольно экстремальных условиях достаточно серьезно подтянул техническое обеспечение, особенно технологии по легочным заболеваниям, ИВЛ, кислород, инфекционные отделения и все, что с этим связано.

Думаю, в любом случае, нам это, естественно, пригодится, хотя рано или поздно эта волна пойдет на спад. Кроме того, у нас появляются новые медицинские учреждения. В Ачинске и в Богучанах два инфекционных госпиталя возводятся силами «РУСАЛа». Сегодня мы подготовили программу развития инфекционных отделений на ближайшие три года, порядка 20-30 инфекционных отделений будут либо открыты, либо капитально отремонтированы. Хочется верить, что таких испытаний у края больше не будет, но все это пойдет, безусловно, на пользу здравоохранению. И о том колоссальном опыте, который приобрели наши медики, конечно, не стоит забывать. Это связи, технологии, подходы, более эффективное использование санавиации, которую обеспечиваем дополнительным финансированием. Любое испытание обеспечивает резкий рывок вперед.

— Как вы в целом оцениваете систему здравоохранения? Под ковидные госпитали были переоборудованы и узкоспециализированные клиники, и Кардиоцентр, и Госпиталь Ветеранов.

- Это действительно была вынужденная мера. У нас серьезный был запас в целом в системе здравоохранения. И при снижении приема плановых больных радикальных сбоев система не показала. С этим напряжением мы справились. Теперь начинаем возвращаться в обычное русло, и до нового года, думаю, система оказания плановой помощи будет восстановлена в прежнем режиме. Что касается наших медиков, то, как известно, многие из них представлены к государственным и краевым наградам, и они это заслужили.

— Александр Викторович, можно два личных вопроса? Привыкли ли вы находиться в общественных местах в маске? Комфортно ли Вам? И планируете ли ставить антиковидную вакцину?

- Необходимость носить маску вносила коррективу в поведение, действительно. Для меня это было непривычно. Но прошло 6 месяцев, надеваю маску и чувствую себя более защищенным. Но все-таки отвыкать от маски будет гораздо легче, чем привыкать. Относительно вакцины. Знаете, предметно об этом не думал. Когда ее привезут в Красноярск, начнут ставить, почему бы и нет. В нашу вакцину я верю.

— Льготы получили краевые предприятие, которые от пандемии пострадали. Сколько на этом потерял краевой бюджет и не отразятся ли эти потери на социальных программах, может быть, ремонтах, реконструкциях?

- Я бы ваш вопрос уточнил. Краевой бюджет, оказывая помощь предприятиям, людям, он ничего не потерял. Эти средства пошли этим людям, значит, пошли на пользу краю. Самые пессимистичные прогнозы по нашему финансовому положению, по счастью, не оправдались. Есть известная мысль, что надеяться надо на лучшее, а готовиться к худшему. Готовясь к худшему, когда более двух недель наши предприятия стояли, наши специалисты предсказывали, что до конца года край, скорее всего, потеряет до 25% своих доходов. Это очень серьезный удар. Мы особенно и не шиковали, а 25% - это серьезно. Этого не произошло. Сегодня в целом недополученные нами доходы исчисляются в пределах 10 млрд рублей. Это потери от возможных поступлений со стороны общественного питания, малого и среднего бизнеса, гостиниц, транспорта, всего того, что мы называем сервисным сектором. И несвязанные с пандемией потери, обусловленные падением цен на нефть. Это произошло во всем мире в начале года. Красноярский край — это серьезный нефтедобывающий регион с хорошими перспективами. Мы получали от этого сектора до 35 млрд, теперь эти доходы сократились. Итак, недополученные доходы — около 10 млрд, что касается средств, потраченных на поддержку отраслей, у нас была прямая поддержка, например, ЖКХ. Резко возросли неплатежи со стороны населения. Ясно, что эти организации начали испытывать большое напряжение, мы не могли допустить этого. Транспорт то же самое. На поддержку этих предприятий потрачено порядка 4 млрд рублей. Кроме того, мы предусмотрели дополнительное финансирование наших земляков, оказавшихся в трудной жизненной ситуации, увеличилось количество таких выплат, пособия по безработице и так далее. В общей сложности это где-то 3,5 млрд рублей. Если суммировать, 10 млрд — недополученные доходы и порядка 8 млрд — это то, что мы затратили дополнительно на борьбу с вирусом. Но это деньги, вложенные в наши предприятия, в наших людей, а, значит, это правильное, идущее на пользу решение.

— Не пострадают ли от этого какие-то социальные программы?

Предыдущий год у нас был очень успешным. В финансовом отношении это, пожалуй, лучший год за всю новейшую историю. Во всяком случае, за последние 20 лет я такого не помню. Дополнительно мы получили в прошлом году 40 млрд. Госдолг у нас был 104 млрд, мы его сократили на 22 млрд, но теперь давайте мы 10 млрд займем. Корректировку мы уже внесли бюджета, на этой неделе депутаты приступят к рассмотрению предложений губернатора и правительства. Мы планируем увеличить госдолг до 94 млрд — это вполне посильная для нас сумма. Допустимым считается заимствование до 50% дохода. Это значительно меньше, чем мы себе можем позволить. При корректировке речь идет не только об увеличении госдолга, но нам необходимо профинансировать еще ряд важных направлений, что мы и делаем с учетом складывающейся ситуации, как правило, в сентябре-октябре. Речь идет о 500 млн на дополнительное лекарственное обеспечение, 200 млн на развитие санавиации. Мы хорошо в прошлом году продвинулись в плане разрешения острой ситуации с обманутыми дольщиками. Было 9 тыс, осталось менее 3 тыс. Теперь, как острая проблема она, скорее всего, ушла в прошлое. Более 300 млн мы выделяем на эти цели. В совокупности с выпадающими доходами и дополнительными затратами получается такая цифра.

Относительно планов следующего года. Теперь мы работаем активно над бюджетом и не видим существенных финансовых рисков применительно к нашим планам. Край будет выполнять все свои социальные обязательства, включая льготы для населения, а у нас порядка 50% всех жителей края получают разные льготы. Мы будем развиваться, строить, мы будем жить.

Полную версию интервью смотрите в записи.

Сообщите свою новость


Последние новости
Календарь
ПнВтСрЧтПтСбВс
1234
567891011
12131415161718
19202122232425
262728293031
Показать